Щёлково. Новости

Яндекс.Погода

четверг, 17 августа

малооблачно+20 °C

Онлайн трансляция

Вера ГЛАГОЛЕВА: В актёрской судьбе мне не хватило классики

24 июля 2017 г., 17:32

Просмотры: 148


В кино она попала случайно, но её юношеский шарм, чистота, естественность и точность образов сделали её символом целого поколения. Вера Глаголева в специальном интервью газете «Время».

– В 17 лет вы попали на съёмочную площадку к звёздному режиссёру без каких-либо навыков актёрской профессии. Как вы смогли задержаться там на долгие годы? Это было связано с замужеством? С Родионом Нахапетовым?
– Скорее, с Эфросом. С моей второй картиной «В четверг и больше никогда». Высочайшего уровня режиссёр, потрясающие актёры – Смоктуновский, Даль,Добржанская.


– Параллельно этой картине Родион Нахапетов снимал фильм «Враги», и там вы тоже работали вместе с величайшими мастерами: с тем же Смоктуновским, с Ефремовым, Еленой Соловей, Будрайтисом, Адамайтисом, Гриценко. Как у вас смелости хватало?
– Это, действительно, было ужасно.


– Они как-то пытались вас подбодрить, поддержать?
– Ко мне великолепно относился Иннокентий Михайлович Смоктуновский. И я только сейчас осознала, насколько великий это был актёр и человек, и как мне повезло общаться с ним, учиться у него.


– Известно, что Эфрос звал вас к себе в театр. Почему вы не пошли?
– Я сказала Анатолию Васильевичу, что у меня не получится. А он ответил мне замечательной фразой: «Со мной получится». Я не могла тогда согласиться, так сложились обстоятельства. Но могу точно сказать сегодня, что Эфрос в моей профессиональной судьбе сыграл самую главную роль.


– И это удивительно счастливая судьба. Если посмотреть вашу фильмографию, вы снимались у замечательных режиссёров: у Эфроса, Нахапетова, Таланкина, Мельникова, Худякова. Эти роли принесли вам всенародную славу. Что вас сподвигло оставить актёрскую профессию на пике успеха и уйти в режиссуру?
– Я думаю, потребность высказаться. В рамках актёрской профессии это сделать сложно. Поэтому.


– Как вы отважились на этот шаг, не имея специального образования? И сразу с первой картины «Сломанный свет» вам пришлось работать со звёздным составом актёров – Андрей Соколов, Маргарита Терехова, Александр Феклистов.
– Было страшновато. Ну, как-то ко мне прислушивались, мне поверили. Вы перечислили имена выдающихся режиссёров, с которыми мне посчастливилось работать. И я считаю себя ученицей этих людей. Всегда очень внимательно наблюдала за их работой, впитывала. И это был бесценный опыт.


– Первая ваша режиссёрская работа – картина «Сломанный свет» – вышла в 90-м году. А дальше был перерыв целых 15 лет. С чем это связано? Вы засомневались в том, что режиссура – это ваше?
– Знаете, я думаю, просто не было импульса.


– Ваш следующий фильм «Одна война» затрагивает очень непростую тему. Это трагическая история женщин, у которых дети рождены от немцев-оккупантов. И за это они сосланы на северный остров, где живут в чудовищных условиях в ожидании своей участи. Почему вы решили рассказать эту до сих пор очень неудобную правду?
– Это дань памяти и это неизвестные страницы нашей истории. Я прочитала сценарий, обливаясь слезами. Он написан настолько сильно, что я просто уже не смогла его отложить! Каждая женская роль, каждый образ – просто событие. И рассказывая эту историю, мы открывали её для зрителей.


– Я знаю, что вы сталкивались и с жёсткой критикой, с обвинениями в недопустимости такого разговора.
– Чаще всего это писали люди, которые не видели картину. Истории всех пяти героинь – это трагические судьбы, а не осознанный выбор. И не случайно герой Балуева говорит о них: «Они настоящие, они наши, они чистые». И для меня эта картина на несколько голов выше всего того, что я делала в кино, как актриса. Потому что я видела людей, выходивших из зала. И мне было сказано столько слов благодарности! Ну и, конечно, то количество наград, которое собрал наш фильм, говорит не только о его художественной ценности, но и об отклике в сердцах людей. И если картина вызывает сострадание, заставляет сопереживать героиням, значит, что-то у нас получилось. Война – это всегда насилие. И здесь нет вины, есть искалеченные судьбы людей. А самое ужасное, что страх продолжает жить. Ведь в основе картины лежат реальные истории. Перед началом съёмок мы пытались связаться с реальными героями, с детьми, рождёнными от немцев, – и никто не захотел дать интервью.


– Фильм «Одна война» был отмечен наградами более тридцати международных фестивалей. Что, по-вашему, так задевает людей?
– Эта история не имеет национальности. Женщины Франции, Бельгии – оккупированной Европы – также были гонимы, презираемы, подвергались публичным унижениям.

Фильм «Одна война» был отмечен наградами более 30 международных фестивалей.  

 

– Вы – жёсткий режиссёр?
– Да. Я могу требовать, вспылить, если актёр меня не понимает. И когда я начинаю вот так придираться, я вспоминаю, как работал Эфрос на площадке – он любил актёров всегда, даже если что-то не получалось, он окутывал их любовью и только потом делал замечания. Я в этом смысле очень нетерпелива, мне надо всё быстро, точно и сразу.


– Ещё одна ваша работа – картина «Две женщины» по роману Tургенева «Месяц в деревне» – также отмечена большим количеством наград. И главной интригой там стало участие мировой звезды, замечательного английского актёра Рэйфа Файнса. Как вам это удалось, и как вообще возникла идея пригласить его на роль Ракитина?
– Он мне всегда безумно нравился как актёр, но, впрочем, я думаю, все женщины мира сходили по нему с ума после «Английского пациента». А какой он в «Списке Шиндлера», «Преданном садовнике»... Что говорить, это актёр запредельного класса. Как возникла идея? Да мы просто решили помечтать. И, конечно, никогда не думали, что эта мечта может осуществиться. Но каким-то чудом она стала реальностью. Мы познакомились с Файнсом в Иванове, на фестивале «Зеркало». Его заинтересовало то, что это русская классика, Тургенев. А потом он посмотрел мой фильм «Одна война». И это сыграло основную роль в принятии решения. Это было таким счастьем, что я до сих пор сама себе завидую.


– В этом фильме вы выступили не только как режиссёр, но и как продюсер. Сложно было найти деньги на реализацию этого проекта?
– Это было очень непросто. Мы получили финансовую поддержку только после того, как Рэйф Файнс, звезда мировой величи- ны, исполняющий роль Ракитина в нашей картине, записал видео-обращение с просьбой дать денег на съёмки. А до этого мы три года безрезультатно подавали заявки. Снимать авторское кино сегодня очень непросто.


– Понимая все эти трудности, почему вы всё-таки решились взяться за Тургенева?
– Потому, что это классика, это вечные темы. Любовь, предательство, ревность. И знаете, что самое важное для меня в этой пьесе? Что, сделав подлость, Наталья Петровна страдает. Она страдает! Она сама себя оценивает и сама себе противна. Она хочет как-то изменить ситуацию. Сегодня мы часто сталкиваемся с гораздо большей подлостью, но никто совестью не мучается. А мне, как бы банально это ни звучало, нужно, чтобы добро побеждало. Для этого мы занимаемся искусством. Чтобы зритель после нашего фильма выходил эмоционально подпитанным, и что очень важно, положительной энергией!


– Вы часто говорите, что актёрство вам уже неинтересно, ваш выбор – реализация в режиссуре. И всё-таки хочу спросить, есть ли что-то, чего вам не хватило в актёрской судьбе?
– Знаете, всё той же классики. Чехова. Это мой писатель – сложная, многогранная и при этом простая драматургия. Такая сложная простота. Вот этого, наверное, не хватило.


– Ваши героини при всей их хрупкости всегда со стержнем, да и в реальной жизни, очевидно, вы очень цельный и сильный человек. Откуда в вас эта сила?
– Корни в семье. У меня был старший брат, я росла в окружении мальчишек. Это важно – драки, футбол, казаки-разбойники вместо кукол. Ну и у нас были потрясающие родители, которые воспитывали нас на каких-то очень правильных принципах.


– И что, согласно этим принципам, для вас главное в жизни?
– Безусловно, это моя семья, мои дети и теперь уже мои внуки – вот тот самый мир, в котором я всегда хочу быть счастлива.


– А в чём, по-вашему, заключается секрет красоты?
– Секрет красоты в покое, в любви к профессии, к мужчине, к детям, к жизни.



Кадр из фильма «Две женщины».